Внесенный в Госдуму законопроект об ограничении отдельных банковских операций не предусматривает общего лимита на переводы для всех граждан. Новые меры предлагается применять к клиентам, операции которых вызывают подозрения у банков.
«Обсуждаемый законопроект № 32298-9 не вводит сегодня общий лимит в 30 тысяч рублей для всех переводов граждан. Он предлагает специальный механизм против подозрительных операций; предусмотренная проектом дата запуска — 1 марта 2028 года», — рассказал редакции адвокат Павел Бобрович. Документ пока не принят и не вступил в силу.
По словам Бобровича, ограничения предполагается вводить при одновременном наличии информации Банка России о рисках и выявлении кредитной организацией подозрительных операций.
«Предлагаются отдельные месячные лимиты для внесения наличных и поступлений от других физических лиц. Поэтому выражение «запрет переводов свыше 30 тысяч» без этих условий вводит читателя в заблуждение», — пояснил адвокат.
При этом внимание банков могут привлечь даже привычные операции, не связанные с предпринимательской деятельностью. Член Центрального Совета Независимого профсоюза «Новый Труд», руководитель орготдела Денис Зоммер рассказал, что под ограничения рискуют попасть регулярные переводы одинаковых сумм, быстрый вывод поступивших денег на другие счета и операции без понятного экономического обоснования.
«В банковских организациях практически любая операция может попасть под ограничение. Особенно это относится к массовым однотипным поступлениям — от одних и тех же или от разных физических лиц, без понятной экономической логики», — отметил он.
В поле зрения банков могут оказаться и семейные переводы.
«Подобное может коснуться даже самых близких родственников: между ними часто бывают вполне одинаковые суммы переводов. Например, переводы от детей к родителям с достаточной частотой», — рассказал Зоммер.
Он также обратил внимание на возвраты крупных долгов и регулярную продажу личных вещей через интернет-площадки. По его словам, такие операции могут вызвать вопросы о характере поступлений. Отдельная проблема — ошибочные ограничения, когда под подозрение попадают добросовестные клиенты.
«Риск ошибочного ограничения добросовестных клиентов существует. На сегодняшний момент он остаётся очень высоким и носит массовый характер», — заявил Зоммер.
По его словам, автоматизированные системы учитывают размер и назначение платежей, частоту переводов, использование разных устройств и смену геолокации. В большинстве случаев для выяснения обстоятельств банки запрашивают пояснения и подтверждающие документы. Однако сам по себе перевод между родственниками или продажа личного имущества не означает нарушения, подчеркнул Бобрович.
«Обычная помощь родственнику, возврат реального долга или продажа собственной вещи сами по себе законны. Но банк оценивает не только подпись к переводу, а совокупность обстоятельств: происхождение денег, регулярность поступлений, связь участников и экономический смысл», — пояснил адвокат.
Для подтверждения операций могут понадобиться договоры, расписки, переписка, банковские выписки и документы о передаче имущества. При семейных переводах может потребоваться подтверждение родства и источника средств. Бобрович рекомендует сохранять документы по мере совершения операций, а не оформлять их задним числом.
Если банк уже ограничил операцию, клиенту следует прежде всего выяснить правовое основание решения. Бобрович обращает внимание, что отказ по закону № 115-ФЗ, противомошенническая приостановка по закону № 161-ФЗ и предлагаемая модель «Антидроп» предполагают разные процедуры. При действующем отказе в операции по пункту 11 статьи 7 закона № 115-ФЗ банк должен сообщить результат пересмотра после представления документов не позднее семи рабочих дней. Если основания отказа устранить не удалось, клиент может обратиться в межведомственную комиссию при Банке России, срок рассмотрения составляет двадцать рабочих дней. Однако переносить эти сроки на еще не принятый механизм нельзя. Возможность судебной защиты также сохраняется.

